Литература эпохи Возрождения
 

Вперед-назад, к палимсесту?

Самой формой реализации гиперрецептивности литературы постмодернизма является
интертекстуальность 19 . Ее классическое определение принадлежит выдающемуся французскому филологу и семиологови ХХ в. Ролан Барт: "Каждый тест является интертекстом; другие тексты присутствуют в нем на различных уровнях в более или менее узнаваемых формах: тексты предшествующей культуры и тексты окружающей культуры.Каждый текст представляет собой новую ткань, сотканную из старых цитат. Куски культурных кодов, формул, ритмических структур, фрагменты социальных идиом и т.д. - Все они поглощены текстом и смешаны в нем, поскольку всегда до или вокруг текста существует язык. Как необходимое предварительное условие для любого текста, интертекстуальность не может сводиться к проблеме источников и влияний, она представляет собой общее поле анонимных формул, происхождение которых редко можно обнаружить, бессознательных или автоматических цитат, которые подаются без кавычек " 20 . Барта продолжают современные российские культурологи: "В культуре постмодернизма интертектуальнисть стала обязательной частью культурного дискурса и одним из основных художественных приемов, так принципиальная эклектичность и цитирование являются доминирующими чертами современной культурной ситуации" [К, 153].

Постмодернистские произведения чем-то напоминают палимсéст, из-под нового слоя которого то тут, то там проступает слой старый, то есть текст, уже где некогда кем писался. Так, в одном из самых известных постмодернистских произведений - романе У. Эко "Имя розы" явно ощущается рецепция, заимствования из рассказов Артура Конан Дойла (1859-1930) о Шерлоке Холмсе. Главным героем произведения является ученый францисканец Вильгельм Баскервильський (ср.: "Собака Баскервилей"), а его спутником - Áдсон (ср.: доктор Вáтсон). В рассказах Дойла, как и в романе Эко, рассказчиками являются "младшие" (по возрасту и статусу) члены "классических детективных дуэтов" - соответственно Ватсон и Адсона. Кроме того, из текста читатель узнает, что "в Англии и в Италии Вильгельм Провэл как инквизитор Несколько процессов, прославившись проницательностью" [Эко, 36], слово же "инквизитор" происходит от лат. "Inquisitio" - "расследование", а, следовательно, если бы Холмс жил не в Великобритании XIX века, в а средневековой Западной Европе, его бы называли не следователем, а сáме инквизитором, как и Вильгельма. Оба детектива, Холмс и Вильгельм, ведут дела частно, но мастерством значительно превосходят официальных следственных (соответственно детектива Лестрейда из Скотленд-Ярда и папского инквизитора Барнарда Ги). Кроме того, Холмс был англичанином, а следовательно земляком Баскервильського, родившийся в Ирландии 21 . Перечень можно продолжить.

Как справедливо заметил выдающийся русский филолог Ю. Лотман, "уже первые сцены, где происходит знакомство с Вильгельмом Баскервильським, кажутся пародийными цитатами из эпоса о Шерлоке Холмсе: монах безошибочно описывает коня, который сбежал и которого он ни разу не видел, и так же точно "просчитывает", где его искать, а потом воспроизводит картину убийства - первого из тех, что произошли в стенах рокового монастыря, где разворачивается сюжет романа, - хотя также не был его свидетелем "[Лотман, 651].

В описании внешности и привычек Баскервильського не только не скрыты, но и специально подчеркнуты параллели с образом Холмса. Сравним почти текстуальные совпадения в постмодернистском романе современного итальянского семиолога и детективных рассказах английского писателя, написанных на рубеже ХIХ-ХХ вв. (Компарабельни фрагменты выделены):

Конан Дойл А. Рассказы (пер. с англ.) - М.: Художественная литература, 1982.

Эко У. "Имя розы "


"Я увидела Высокую, тощую фигуру Холмса"
[С.43]. "Его (Холмса. - Ю.К.), бывало, с места НЕ сдвинешь, кроме тех случаев, когда дело касалось его профессии.Вот тогда он бывал совершенно неутомимо и неотступен ... Он всегда соблюдал Крайнюю умеренность в еде и в Своих привычка Был в строгости прост. Он не был привержен ни к каким порокам, а если Изредка и прибегал к кокаин ... "[с.3]. "... Приливы кипучей энергии, которы помогали Холмсу в его расследования, прославив его имя, сменялись у него периодами безразличия, полного упадка сил.И тогда он по целым дням лежал на диване со своими Любимыми книгами, Лишь Изредка поднимаясь, Чтобы поиграть на скрипке "[с.19].
"Брат Вильгельм ... ростом выше обыкновенного, Казалс еще выше из-за худобы. ... Он прожили весен пятьдесят ..., однако телом не знал устали, Двигаясь с проворством, недоступным и мне.В периоды оживления его бодрость поражали. Но временами в нем будто что-то ломалось, и вялые, в полной прострацию, он лежнем лежал в кель е, Ничего не отвечая или отвечая односложно, не двигает не единственная мышце лица. Взгляд делался бессмысленным, пустым, и можно было заподозрить, что он во власти дурманящего зель, - когда бы Сугубая воздержанность всей его жизни не ограждала от подобных подозрений. Все же не скрою, что в пути он искал на кромках лугов, на окраинах рощ какую-то траву (по-моему, всегда одно и то же), рвали и сосредоточенно жевал. Брал и с собой, чтоб жевать в минуты высшего напряжения сил (немало их ждало нас в монастыре!) Я спросил его, что за трава, он засмеялся и ответил, что добрый христианин, бывает, учится и у неверных. Я хотел попробовать, но он не дал со словами ...: что здорово старом францисканцы, негоже юном бенедиктцу "

Другие статьи по теме:

- Истории в девяти книгах
- Бегство в несерьезность?
- Ситуация с постмодернизмом.
- Уильям Шекспир Ромео и Джульетта
- Эпическая поэма.

Книжные новости:
css template

Совершенно удивительная книга от одного из лучших дизайнеров страны — о том, как распознать хорошее и как научиться создавать его.
Одна из главных и самых интересных книг по саморазвитию, которая достойно занимает вполне заслуженное первое место среди себе подобных.
Зрелая, серьезная книга о бизнесе для бизнесменов и всех сочувствующих — вполне удачная попытка ужать в одной книге весь большой спектр современных экономических знаний.